День 26 февраля не отмечен красным цветом в календаре. Он не праздничный, более того, в какой-то мере это день скорби — два человека из тех, кто шесть лет назад находился на площади перед крымским парламентом, погибли в толпе, став, по сути, случайными жертвами. Это, конечно, было бы обидно услышать, особенно их родственникам и друзьям, но правда в том, что тогда в крымской столице сознательного вооружённого противостояния, куда более серьёзного конфликта, который мог унести десятки, сотни, тысячи жизней, удалось избежать.Вчера к мемориальной табличке у стен Государственного Совета РК пришли участники событий — обычные крымчане, по воле судьбы и обстоятельств ворвавшиеся в историю и сами вершившие её. Память о двух погибших земляках почтили минутой молчания и красными гвоздиками, которые возложили председатель парламента республики Владимир Константинов, члены Президиума, депутаты, представители общественных организаций, казаки, ополченцы — все, кто помнит события того дня не понаслышке. Кто стоял тут плечом к плечу за свою крымскую идею, скандировал: «Россия!», а не «Ганьба!», сдерживал провокаторов и наглядно демонстрировал крымскому руководству: революционная ситуация назрела, время принимать решение.
Члены Президиума ГС РК возлагают цветы к мемориальной доске «Это знаменательный день нашей истории, когда была пройдена точка невозврата, и всем стало понятно: мы ничего больше не будем иметь общего с Украиной. Пик нашего крымского сопротивления, — комментирует В. Константинов. — В этот момент окончательно сформировалась наша общая воля, а то, что происходило в Киеве, стало невозможно принимать ни при каких обстоятельствах. Долгие месяцы мы пытались вразумить киевские власти, руководство страны, всех неравнодушных людей: происходящее на Майдане неприемлемо для крымчан. Нас не услышали, попытались совершить здесь государственный переворот. На этой площади стало очевидно: нужны конкретные шаги».И они последовали. Быстро, ежедневно и ежечасно, как набирающая силу лавина, развивалась ситуация, которую впоследствии мир назовёт исторической. Осознавали ли это те, кто был на площади или внутри здания, сдерживал толпу и пресекал захват парламента группой вооружённых радикалов, кто в эпицентре противостояния собирался на чрезвычайную внеочередную сессию или просто проходил по соседней улице, радуясь солнечному дню — финальному аккорду мягкой крымской зимы? На это у каждого есть свой ответ, свои личные воспоминания и эмоции. Но все знают точно: 26 февраля началась та самая «Крымская весна», которая определила для нас прямой и единственно возможный путь — домой, в Россию.
В. КРАСНОПОЛЬСКАЯ
Фото В. Гусева .
