Пустующие кафе — самая яркая примета эпидемии Карантин — не причина отказываться от путешествий. Правда, виртуальных. В одном из недавних номеров «КИ» мы «побывали» в Германии, узнали о ситуации с пандемией не от неизвестного интернет-паникёра, а из первых уст — от нашего знакомого, врача немецкой «скорой помощи». Сегодня путь лежит в крупный город Холон, расположенный в Тель-Авивском округе на берегу Средиземного моря. Он обладает второй по величине в стране промышленной зоной и в то же время является «детской столицей» Израиля — из-за большого количества развлекательных и образовательных учреждений. Здесь же, на местном кладбище, нашёл последний приют Вольф Эйдельштейн, отец российского политика Владимира Жириновского. Вот в этом городе и проживает наш земляк, бывший журналист «Крымской правды», известный бард Павел ГРЕБЕНЮК. Ему слово.— Первоначально карантин был введён с 15 марта по 16 апреля. Затем его срок продлили, а правительство уже объявило, что учебные заведения откроются не раньше 1 сентября.
Карантинные меры усиливались постепенно. Сейчас запрещено удаляться более чем на сто метров от дома, посещать общественные места без уважительной причины, ездить в автомобиле более двух человек (исключение — перевозка инвалида или ребёнка, нуждающихся в сопровождении третьего лица).
Недавно вышло официальное распоряжение об обязательном ношении масок на улице, кроме салона своего авто, если в нём — только водитель. Правда, это распоряжение мало кто выполняет. На центральных улицах ещё так-сяк: где-то 95% в масках, а подальше от центра и не носят.
Павел Гребенюк Общественного транспорта мало. Поезда отменены. Большинство банковских отделений, магазинов и т. д. закрыты: работа ведётся в основном удалённо. Открыты только те, что торгуют товарами первой необходимости: продуктами, лекарствами и пр. Все предприятия, за исключением стратегических, также перешли на особый режим работы. В них разрешено оставить не более 15% персонала, остальные уходят в неоплачиваемые отпуска. На время такого отпуска можно зарегистрироваться на бирже труда и получать пособие по безработице от государственной службы национального страхования Бейт-Леуми. Размер зависит от возраста и доходов за последние 6 месяцев и варьируется от 80 до 33% от среднего месячного дохода сотрудника (чем меньше зарплата, тем больше процент), но не более 422 шекелей (8912 рублей).Чем занимаются на карантине? У меня, например, двое маленьких детей, так что день насыщенный и скучать не приходится. Думаю, у большинства ситуация такая же, поскольку, по статистике, на среднюю израильскую семью приходится по трое детей. Те, у кого дети школьного возраста, тоже при деле: школьников перевели на удалённое обучение, и родители фактически должны заменить им педагогов. Судя по отзывам знакомых, эффективность такого обучения под большим вопросом, но лучше так, чем совсем никак. Многие стали заниматься спортом: в онлайн-магазинах спорттоваров раскуплены все гантели, батуты и т. д.
Есть и те, кто просто ежедневно выпивают и обмениваются друг с другом фотографиями опустошённых бутылок.
Люди проводят разные флешмобы. Была песенная акция, подобная итальянской, в Нетании. Был флешмоб в поддержку врачей и медперсонала: тысячи людей по всей стране одновременно вышли на балконы и устроили им пятиминутную овацию.
В стране открыты государственные и волонтёрские центры для помощи пожилым людям и инвалидам. Например, в рамках совместного проекта службы спасения, службы тыла ЦАХАЛ, министерства труда и ряда волонтёрских организаций создана «Мишмерет а захав» — «Золотая служба», задача которой — обеспечить пожилых людей всем необходимым на время карантина, включая приготовление пищи, стирку и оказание психологической поддержки. Помимо этого, солдаты и добровольцы развозят горячую еду для людей, состоящих на учёте в социальных службах.
Яйца в дефиците. Над- пись гласит — не более одной упаковки в руки Бездомных в Холоне и раньше было немного, ну а за последний месяц я не встретил ни одного — видимо, для них организовали какое-то спецубежище и убрали с улиц. В соседнем Тель-Авиве, как мне известно, бездомных на порядок больше, но судя по сообщениям в прессе, ими там плотно занимаются волонтёры и госслужбы, чтобы не допустить распространения инфекции. В масках и перчатках ходят многие, но не все — это никто не проверяет. Зато почти во всех магазинах при входе стоит дежурный сотрудник, «вооружённый» термометром и дезинфектором для рук. Хотя проверка больше формальная.А вот гуляющих на моих глазах полицейский вежливо попросил убраться из парка. Любителей национального «спорта» Израиля — шашлыков на природе — штрафуют безжалостно. Штраф за нарушение режима карантина — 5000 шекелей (106000 рублей). Но религиозным израильтянам законы не указ. Они продолжают собираться на совместные молитвы, несмотря на запреты, оттого религиозный город Бней-Брак, часть нашей крупнейшей городской агломерации Гуш-Дан, в который входит и Тель-Авив, к примеру, стал самым крупным очагом инфекции в стране. Дело дошло до того, что его просто окружили кордоном полиции и закрыли въезд и выезд из города (кроме особых случаев). Стал жертвой приверженности религиозным традициям даже израильский министр здравоохранения Яаков Лицман, который вопреки собственным предписаниям явился на субботнюю молитву и… заразился коронавирусом, потянув за собой в карантин добрую половину правительства.
В самом начале эпидемии население повально скупило все дезинфицирующие и защитные средства, но сейчас недостатка в них не наблюдается. Ассортимент доступных продуктов и лекарств на полках магазинов практически не изменился. Хотя есть и исключения: на протяжении последних двух недель наблюдалась острая нехватка яиц и бумажных полотенец. В некоторых районах эти товары на какое-то время вообще исчезли из продажи, но ситуация постепенно улучшается.
Лично для меня режим карантина особых неудобств не представляет, но будущая экономическая ситуация не может не тревожить. Я работаю в небольшой IT-фирме, которая занимается разработкой приборов для управления кондиционерами. Пока неясно, как наше предприятие выживет в условиях, когда не производится никаких установочных работ…
Павел ГРЕБЕНЮК, специально для «Крымских известий»
