Появление в России коронавируса отразилось на многих сферах жизни, в том числе криминальной. Хоть и говорят, что зараза к заразе не пристанет, наши злоумышленники — тоже люди и могут попасть под молох пандемии. Кстати, в Сербии на днях коронавирус забрал жизнь главного воровского авторитета страны. Его десятилетиями не могли изолировать от общества правоохранители, но «скосил» невидимый враг.У нас пока зараза не прошлась по нарушителям закона, но судьбу их осложнила. Особенно пострадали квартирные воры. К примеру, в Крыму эта публика нередко была гастролирующей. Нынче проникнуть на полуостров через кордоны крайне проблематично. Так что залётных искателей приключений поубавилось.
«Квалифицированные» домушники отправлялись на охоту днём, примерно с 11 до 16 часов, когда хозяева на работе, а дети в школе. Но в последние недели большинство крымчан не покидает квартиры, да и ходить злодеям днём по городу небезопасно, кругом много патрулей, интересующихся гражданами, не соблюдающими карантин.
Нелёгкие времена нынче и у карманников. Они привыкли нырять в толкучку — транспортную, рыночную, магазинную — не суть. А как сейчас к жертве приблизишься, если все удалились друг от друга на социальную дистанцию?
Изменились и такого рода преступления, как «гоп-стоп», то есть уличный грабёж. Термин этот хоть и кажется уголовно сленговым, имеет историческое происхождение. В 20-е годы прошлого века в Петрограде было большое государственное общежитие пролетариата, коротко — ГОП. Жившие здесь представители самого передового класса выходили по вечерам на улицу и под угрозой насилия выворачивали карманы у проходивших мимо нэпманов. Власти на это смотрели сквозь пальцы, как на одну из форм классовой борьбы. Правда, потом спохватились.
С приходом коронавируса стало меньше уличных грабежей. Закрылись питейные и увеселительные заведения, вокруг которых часто обчищали подвыпивших завсегдатаев. Правда, в некоторых регионах России участились нападения на курьеров, особенно тех, кто доставляет продукты питания.Не лучший период наступил в судьбе девушек с пониженной социальной ответственностью. Их работе препятствуют рекомендуемые нормы социальной дистанции. А вот наркоторговля, увы, процветает. Синтетическими наркотиками как торговали бесконтактным методом, предварительно договариваясь в Интернете, так и продолжают.
Заметные изменения претерпела такая криминальная стезя, как офлайн-мошенничество. Мутные организации (типа микрофинансовых) вынуждены прикрыть свои офисы, пытаются переместиться в Сеть. При этом в офлай-неактивно «трудятся» продавцы таблеток и вакцин от коронавируса. Вообще криминал в онлайн-сфере в последнее время чувствует себя очень хорошо. Интернет-преступность и так постоянно набирала обороты, а пандемия данный процесс ещё и подстегнула. Продажи всего и вся стали виртуальными, а это раздолье для мошенников. К примеру, покупки в Сети, связанные с предоплатой, как правило, оказываются липовыми. Популярны сейчас сайты-двойники известных интернет-компаний. В результате человек вроде приобретает товар у солидного бренда, а попадает на проходимцев.
В Интернет стремительно «переезжают» и профессиональные попрошайки. Оно и понятно, зачем стоять на улице с протянутой рукой, когда можно разместить в сети слёзные просьбы, заодно с фото, мол, помогите на лечение, пропитание и существование.
Много в наши дни и мошеннических операций с банковскими картами. В общем, не только жизнь в целом перемещается в виртуальную реальность, но и преступность.
Дмитрий ПОДБЕРЁЗКИН
