Удобство нового пандуса Тагай испробует, когда закончится карантин В январе этого года на страницах нашей газеты вышел материал «Бесконечный марафон на дистанции отчуждённости», в котором мы рассказали, что в КФУ, в частности в Таврической академии, не созданы условия для учащихся с ограниченными физическими возможностями. За месяц до выхода статьи тему поднял студент третьего курса Тагай Мамедов. На созванном в стенах университета собрании он говорил о трудностях, с которыми сталкивается сам как инвалид-колясочник и ребята с другими заболеваниями, например, имеющие проблемы со зрением. В окружении руководителей университета, представителей Совмина РК и Госсовета РК активный парень вроде бы даже почувствовал поддержку. Во всяком случае было обещано уже к концу января установить в Таврической академии пандусы и запустить имеющийся там, но неработающий лифт, а весной и туалеты оборудовать. Прошло три месяца. Мы решили проверить, что из обещанного выполнено.Признаюсь, слушая на декабрьском совещании ответы руководителей вуза, испытывала двойственные ощущения. Вначале и. о. ректора Андрей Фалалеев рассуждал не о встречающихся буквально на каждом шагу проблемах, а о высоких материях — развитии университета, а вместе с ним и республики.
«Вузы не должны оставаться сами по себе, в отрыве от жизненных функций местности, на которой размещены, если, конечно, регион заинтересован в высокодинамичном развитии», — витийствовал тогда господин Фалалеев.
Перед моими глазами предстал человек явно с большими амбициями, подкреплёнными, кстати, вполне здравыми рассуждениями, что «республике нужен научный рывок, который даст ей возможность начать развиваться на другом, более высоком уровне», а платформой для такого рывка может стать как раз КФУ.
Чем не суперзадача? Однако всё время меня что-то смущало. То ли первоначально очерченная тема «круглого стола», а она как раз подразумевала поиск совершенно иного решения: земного, можно сказать, приземлённого, коим является организация безбарьерной среды; то ли последующие интонации А. Фалалеева, перешедшего к обсуждению по-настоящему животрепещущей темы.
Ещё в декабре Т. Мамедов просил создать в университете комфортные условия для инвалидов «Вот вы как будущий юрист скажите, что можно сделать, когда дело стопорится из-за определённых законодательных моментов? Мы же не можем отменить 44-ФЗ, а проблемы, как видите, из-за нерадивых подрядчиков», — обратился ректор к Тагаю во время обсуждения вопросов, почему не работает лифт и почему единственный пандус Таврической академии сделан так, что подняться по нему и съехать с него инвалиду-колясочнику невозможно. Что мог ответить на такой вопрос обыкновенный парень, пусть и студент юридического факультета? Ситуация показалась мне абсурдной. Хотелось воскликнуть: «Господа большие начальники, это вы должны ответить на этот и другие вопросы! Вы обязаны предпринимать всё возможное и невозможное, чтобы создать в вузе доступную среду для каждого учащегося! Трудно поверить в искренность намерений развития университета, если элементарные, первоочередные вопросы вами откладываются в долгий ящик».
Более того, если ректор декларирует, что иностранные студенты — гордость университета, что через год их количество надо увеличить вдвое, то интересы коммерческого студента, да ещё при-ехавшего из другой страны (Тагай — из Туркменистана), должны волновать руководителя вуза в первую очередь. А уже во вторую и в третью — развитие научной базы, взаимодействие с правительством республики и прочие крупные вехи.
Но, видно, руководство университета не понимает этого. Оно почему-то не осознаёт, что не реализуются высокие устремления, если не будет понимания, что именно доступная среда в первую очередь формирует престиж вуза. Те же иностранные студенты будут судить об университете не только по качеству образовательного процесса, но и по организации пространства, в том числе доступности среды для маломобильных. А если они видят, что парень на коляске въезжает в ауди-торию, в которой для его удобства ничего не предусмотрено, не может подъехать ни к парте, ни к кафедре и вынужден сидеть в проходе и буквально на коленке конспектировать лекцию, то какие выводы сделают? Естественно, не в пользу такого вуза, где проблемы инвалидов заботят только самих инвалидов. Увы, создаётся впечатление, что в КФУ так всё и есть. Тот же неунывающий, не жалующийся на невзгоды Тагай, желающий учиться не дистанционно, а именно в коллективе, старающийся вести полноценную, активную жизнь, сам, своими силами создаёт удобное для себя пространство (конечно, в силу возможностей).
Так, мы случайно узнали, что ещё три года назад, после безуспешных просьб оборудовать хоть один санузел для колясочников, Т. Мамедов с разрешения администрации вуза нанял рабочих и, заплатив им 24 тысячи рублей, получил более-менее удобный туалет. Денежную компенсацию от университета молодому человеку вручили два с половиной года спустя. Для Тагая, который платит и за учёбу, и за проживание, и за питание, и за ежедневное передвижение на такси по двойному тарифу, поскольку оплачивает и размещение коляски, это была существенная сумма. А для вуза, который сегодня на переоборудование пяти санузлов выделяет 2,9 млн рублей (примерно по 580 тысяч рублей на каждый), — сущие копейки. Но опять же, долгая эпопея с возвратом «смешных» денег имеет свои причины — их надо как-то официально обосновать. Ну да ладно, такая бюрократия, встречающаяся на каждом шагу, нам понятна.
Лифт в корпусе А периодически ломается Непонятно другое: сроки, озвученные проректором КФУ по реализации федерально-целевой программы Евгением Беляевым, давно прошли, а к сегодняшнему дню сделаны лишь пандусы. Лифт в В-корпусе как не работал, так и не работает, да и туалет ни один не переделан. В чём опять загвоздка?«В карантине, — отвечает Е. Беляев. — Документы в марте отправили в Ростехнадзор. Специалисты этого ведомства должны ещё прибыть к нам и на месте проверить состояние лифта, а затем дать разрешение на его эксплуатацию».
— Но он смонтирован и установлен ещё год назад, — удивляюсь неспешности действий лиц, ответственных за исполнение подобного рода проектов, и тому, как легко они дают обещания, которые потом не выполняют, ведь в январе, когда должны были сделать часть объектов, о карантине даже речь ещё не шла.
Кстати, к созданию дорогих, вероятно, «хрустальных» туалетов (не по хрупкости, а по изысканности) и не приступали. Пока разработана только смета, которая, как утверждает проректор по реализации ФЦП, проверена и одобрена управлением капстроительства.
«Мы подготовили письмо на имя главы правительства РК с просьбой разрешить сейчас, в период карантина, приступить к работам по установке лифта и ремонту туалетов», — неожиданно порадовал инициативой Е. Беляев.
Правда, судя по реакции помощника Главы Крыма по делам инвалидов Станислава Бризецкого, к которому мы тоже обратились с такой идеей, письмо на момент разговора ещё не было отправлено.
«Прекрасная мысль! Пока студенты учатся дистанционно, можно спокойно всё отремонтировать. Тем паче что и подрядчик готов приступить к работам. Я переговорю по этому вопросу с заместителем председателя Комитета Госсовета РК по образованию, науке, молодёжной политике и патриотическому воспитанию Сергеем Додоновым, уверен, все сопутствующие проблемные моменты сможем урегулировать. Так что спасибо вам за такое своевременное предложение», — ответил С. Бризецкий.
А Евгения Беляева мы спросили ещё и по поводу ремонта территории между корпусами: асфальт, положенный здесь лет сорок назад, представляет собой сплошные колдобины, преодолеть которые инвалиду-колясочнику очень трудно. И услышали вот такой ответ: «А зачем ему перемещаться по улице, если он может переезжать из корпуса в корпус внутри этих зданий, соединённых на третьем этаже переходом? Да к тому же в А-корпусе лифт работает». Правда, «человечный» ответ?!
Однако, со слов Тагая, и внутри перемещаться весьма сложно, поскольку каждый раз приходится преодолевать бесчисленное количество порогов. Более того, в двух корпусах (В и Б) — только лестницы. Следовательно, Т. Мамедов не может попасть, например, в самое популярное место вуза — «Точка кипения», где реально всегда кипит студенческая жизнь, ведь она, эта точка, размещена в Б-корпусе. Но раз проректор не понимает этой проблемы, предлагаем ему хотя бы разок сесть в инвалидную коляску и попытаться проехать в ней по всем трём корпусам, попробовать побывать на разных этажах, заглянуть в аудитории, а потом оценить временные, физические и душевные затраты инвалида-спинальника.
Что же касается подготовки специальной комнаты в общежитии на улице Беспалова, которую тоже обещают привести в норму для Тагая к лету, чтобы парню не приходилось каждый раз ездить в вуз через весь город, то и тут, со слов Е. Беляева, работы приостановлены в связи с эпидемией. Так что, судя по всему, Главе Республики Сергею Аксёнову, являющемуся председателем наблюдательного совета КФУ, надо взять под особый личный контроль создание безбарьерной среды хотя бы в зоне ответственности университета. О том, что и город не адаптирован к комфортному перемещению колясочников, в этом материале лишь напомним, поскольку это тема ещё для одной большой статьи…
Ольга САФРОНОВА
P. S. Письмо с просьбой разрешить вышеперечисленные ремонтные работы руководством КФУ было отправлено почти сразу после заседания. Через три месяца С. Бризецкий сообщил, что «навалилось много работы и этот момент немного позабылся». Однако уже через пару дней помощник Главы Крыма по делам инвалидов сообщил, что получено разрешение вести ремонтные работы и команда строителей уже выезжает из Краснодара, за оставшееся время карантина туалеты будут переделаны, и лифты начнут функционировать. Посмотрим.
